Не пропадёт бесследно труд
![antonenko.jpg](http://vzm-vesti.ru/wp-content/uploads/2023/02/antonenko.jpg)
«Чем содержательнее личная жизнь каждого человека, тем он более ценен для общества, страны в целом», — так считал С.В. Антоненко. К сожалению, 13 февраля жизнь талантливого журналиста, яркого человека, профессионала своего дела оборвалась на 88 году жизни.
В память о Сергее Владимировиче редакция газеты «Вяземские вести» продолжает публиковать отрывки из его художественно-исторического романа «Дорога жизни».
Сегодня мы приведем рассказ автора о его поисках себя.
«…У меня, как и у подавляющего числа людей, были, есть и, надеюсь, до последнего моего дыхания будут лично-общественные деяния, взгляды, отношения. Трудно сказать, когда они зародились, а затем, развиваясь, укоренились, стали общественной потребностью. Полагаю, что первые их ростки появились в школе, в общественном месте, где прошла немалая часть жизни.
Осознавать их наличие и значение для меня, думаю, начал в годы учёбы в лесном техникуме. На втором курсе меня избрали редактором стенгазеты группы. От этой общественной нагрузки мог отказаться, ведь дело это добровольное, комсомольцем я не был. Старался в меру своих способностей выполнять поручение, а опыта-то никакого тогда в этом не было. Быть может уже тогда, подспудно, зародилась тяга писать, которая с годами переросла в жизненную потребность.
На третьем курсе вместе с Анатолием Рудаковым написали и отправили заметку в газету «Молодой дальневосточник», которую там напечатали. По этому поводу, у меня с моим другом было много гордости. Позже, уже работая в лесном техникуме, писал информации об озеленении, о событиях в работе коллектива.
Одной из первых, значительных заметок была информация о том, что житель нашего города, проживающий на улице напротив восточного переезда, посадил возле своего дома аллею ёлочек. С тех пор минуло уже больше полвека. Из маленьких метровых ёлочек выросли большие деревья, которые радуют большинство вяземцев и гостей города. То, что и я в какой-то мере причастен к этому хорошему явлению, оставляет добрые чувства и у меня. Жители этого дома, быть может, со слов его бывших хозяев знают, что когда-то в далёкие пятидесятые годы была в «Ленинском пути» заметка об этих елях и о хозяине, посадившем их.
Никто меня не обязывал писать очерк о Василии Редькине — машинисте Вяземского депо. Он был опубликован в газете транспортников — «Дальневосточный железнодорожник». В конкурсе внештатных корреспондентов дорожной газеты очерк занял первое место и получил соответствующую премию. Тогда я понял, что доброе слово высоко ценится, оно приятно для него, его родных и знакомых, для читателей газеты.
Пробовал свои силы и возможности и в других сферах человеческой деятельности. Помню, в первый год работы в Раздольненском лесничестве Биробиджанского лесхоза загорелся идеей встать на путь научных открытий. Через три месяца работы на лесохозяйственном поприще написал статью научной направленности «Семена лесных пород после рубок в пойме реки Бира». Направил «опус» объёмом с ученическую тетрадь в Дальневосточный институт лесного хозяйства в город Хабаровск. Из института через некоторое время получил ответ. В нём старший научный сотрудник, со временем он получил степень доктора лесохозяйственных наук и стал в своё время директором упомянутого выше института, дал обнадёживающий и вполне справедливый ответ. Излагаю кратко: «Насколько нам известно, вы имеете среднетехническое образование, а писать научные статьи на упомянутую вами тему не под силу каждому имеющему высшее образование. Ваше стремление выявить закономерности в развитии леса похвально и заслуживают всяческого одобрения. Вам пожеланье — собирайте по крупицам материал, копите его, анализируйте и не исключено, что со временем вы издадите научный труд».
Что тут скажешь, он всецело был прав. Не имея достаточного запаса теоретических знаний, достаточного практического опыта, когда тебе нет ещё и двадцати лет, брать высокую планку в любом деле бесперспективно. Сейчас-то я это прекрасно понимаю, а в то время — молодость брала своё, торопился. Но попытка была. И не удавшийся опыт был полезен.
В общем-то, тяга к познанию науки была и позже. Уже после окончания сельскохозяйственного института, в пятьдесят восьмом году, у меня была идея продолжить образование в аспирантуре. Тогда летом приехал в Дальневосточный научно-исследовательский институт сельского хозяйства. Директором института был Григорий Тихонович Казьмин, с которым до этого были две деловые встречи (одна в лесном питомнике, другая в Вяземском совхозе). Он принял меня радушно, как знакомого. Узнав о цели моего визита без раздумий заявил:
— Хорошее у тебя устремление. В отделе плодоовощеводства у нас две вакансии на заочное обучение. Одно место уже занято — другое будет за тобой. Иди к Александру Васильевичу Болоняеву и скажи ему, что я дал добро на оформление тебя аспирантом. Если он не против, пусть принимает документы.
Пошёл к Болоняеву. А он, как сообщила секретарь, поехал перед обедом в сад института и до следующего дня его не будет. По ряду обстоятельств отбыл в Вяземский, в надежде в скором времени наведаться в отдел. Но так больше и не поехал. Мимолётная мечта так и осталась неосуществимой. А ведь были уже наработки — по выращиванию саженцев плодово-ягодных культур ускоренным методом в торфяно-перегнойных горшочках. Систематизировав имеющийся практический материал, обобщив его, применив в широком производстве в питомнике совхоза — можно было расчитывать на получение учёной степени кандидата сельскохозяйственных наук. Но это стоило бы больших затрат времени и труда. Поленился. Так что получилась «осечка» по моей лично вине. Успех сопутствует каждому ищущему. Кому-то в начале пути поиска, другому позже. Но цель достижима, если к ней идти настойчиво, не пасовать.
Во время учёбы в техникуме проявил интерес к игре на русской гармошке-двухрядке. По моей просьбе родители купили музыкальный инструмент — хорошо, что не баян. Желание исполнять на ней мелодии, песни, частушки, вальсы и прочие музыкальные произведения, закончилось безуспешно. Намаявшись, «пиликая» на тальянке, научился исполнять только одну песню «Одинокая гармонь», да вальс «На сопках Манчжурии». Оказалось — нет у меня в этом призвания, как говорят, нет «слуха».
Музыкальный инструмент, чтобы не занимал место в доме, не «мозолил» глаза, выдворили на чердак. Позже гармошку подарили соседу, который успешно на ней «выдавал» на свадьбах, гулянках, а то и просто, сидя вечером на лавке у своего дома, разные песни, задорные частушки, игристые плясовые…
До работы в редакции газеты пробовал писать стихотворения. Жанр, скажу вам, трудный. Без ярко выраженного на то таланта — непостижимый. Из-под моего пера вышло более десятка стихов, завёл даже специальную тетрадь. И только два из них увидели свет — были напечатаны в нашей районке. Ответственный секретарь нашей газеты, молодой журналист, начинающий поэт Сергей Строкач, ознакомившись с моим небольшим стихотворением, по-дружески, откровенно сказал мне: «Знаешь, «старик», из десяти человек, пишущих стихотворения, только один создаёт такие, что они представляют какой-то интерес и их можно печатать. А поэтами и вовсе становятся единицы. Если в стихах нет новизны, проявления собственного стиля их написания, необычных «рождённых» строчек — лучше не тратить усилия понапрасну, не убивать время впустую». Его советы понял, воспринял с благодарностью.
В этот же плодотворный для меня период жизни, период поиска и испытаний, впервые испробовал себя в писательской работе. И надо же, замахнулся на написание сценария к кинофильму. А вызвано это было тем, что в то время в стране был объявлен соответствующий конкурс. Написал. Бумаги испортил целую тетрадь, где-то около 50 листов. Творение отправил в редакцию журнала «Дальний Восток»…
Спустя некоторое время из редакции получил ответ. Ответственный секретарь в тот период, писатель В.М. Ефименко, тактично мне написал:
— Уважаемый товарищ С. Антоненко. Вы замахнулись на такой сложный, трудный писательский жанр, который не всегда удаётся успешно одолеть маститым писателям, имеющим богатый опыт в творческой работе. Мой вам совет — начните писать небольшие рассказы, фельетоны. У вас должно получиться, задатки для этого есть. Со временем, не исключено, может что-то получиться более серьёзное. И, возможно, это будет опубликовано в нашем журнале.
После этого прошло несколько десятилетий и зародилась мысль написать художественно-исторический роман. Сюжет есть, остов произведения заслуживает внимания, вся проблема — изложить материал в строках. Это нужно сделать доходчиво, ярко раскрыть все тонкости, нюансы жизни предков, показать жизнь людей соизмеримо с объективными условиями того времени.
Не найдёт «свет» это творение сейчас. Со временем, уверен, оно найдёт себе дорогу, труд не пропадёт бесследно. Потомкам, будущему поколению будет весьма интересно знать из первоисточника, как жили их предки, о чём они думали, о чём мечтали. Познавательно будет узнать — какие у них были взаимоотношения друг с другом, на каких основах они строились, каким было само общество. Ведь об этом, если хорошо вчитаться, я в основном и рассказал…»
Главы из художественно-исторического романа читайте в одном из следующих выпусков газеты «Вяземские вести».